Знакомим вас с очень интересным интервью с немецким активистом-экологом курдского происхождения — Эрканом Айбогой. Эркан вместе с двумя товарищами-исследователями из Германии посетил Рожаву в мае 2014 года. В своих ответах он проливает свет на многие важные социальные и экономические аспекты жизни в освобожденном регионе, которые зачастую остаются за рамками военных сводок. Противоречивость и значительность ситуации сквозит даже в лексике Эркана, в его  обозначении системы то как государственной, то как негосударственной.

— перевод Александра РЫБИНА и Анастасии ПИЩУГИНОЙ специально для Альманаха «Искусство Войны»

***

В нескольких словах, что такое Рожава?

Рожава – это общее название территорий в пределах Сирии, населенных преимущественно курдами. Сами курды называют эти земли Западным Курдистаном, что на курдский буквально переводится как «Рожава». Рожава включает в себя три островка-анклава или кантона: Джазира, Кобани и Африн.

Как в целом прошла поездка? Сложно было там путешествовать?

Я побывал в Рожаве с двумя моими друзьями из движения Campaign TATORT Kurdistan. Предварительно мы сговорились о нашей поездке с членами Советов Рожавы. Мы стартовали из Южного Курдистана – Сулемайнии – области на севере Ирака, проехали через Мосул, добрались до границы. Границу пересекли в Тель Кочере, близ иракского города Рабиа. Сейчас границу там пересечь невозможно – со второго июня территорию эту контролирует Исламское государство. Наш маршрут определялся текущей обстановкой в районе, тем не менее, оно прошло без особых проблем.

В итоге, в Рожаве мы добрались до кантона Джазира. Попасть туда непросто, но еще сложнее попасть в Африн и Кобани. В них нужно заезжать со стороны Турции, а турецкая граница закрыта и для турок, и для иностранцев. То есть в Африн и Кобани ты должен попадать нелегально.

Как протекает там повседневная жизнь в условиях войны?

Джазира – самый большой кантон, мы побывали почти во всех городах региона, общались с десятками активистов различных организаций. Война не затронула большинство городов, за исключением Рас-эль-Айна (курд. Serê Kaniyê) на границе с Турцией.

Что там произошло?

В конце 2012 – начале 2013 года группировка «Джабхат ан-Нусра» – отделение «Аль-Каиды» — атаковали Рас-эль-Айн, проникнув с территории Турции, и захватили его. Отряды народного ополчения (курд. YPG) подняли восстание в одном из районов. Шаг за шагом ополченцы отвоевывали город. Летом 2013 года боевиков выбили окончательно. Сейчас жизнь в городе продолжается, как и прежде, до войны.

preview_69610f6a60bab0b7af05636aff887b95

Что с сирийской армией? Она мирно ушла из Рожавы?

Сирийская армия сохранила свои позиции только в трех городах Рожавы. Исламисты и другие вооруженные формирования (выступающие против правительства Башара Асада – прим. АР) представляют куда большую опасность, нежели слабая сирийская армия, которая в действительности не несет никакой угрозы. Безусловно, большая угроза исходит от Исламского государства. Поэтому никаких разговоров о том, чтобы развязывать войну против сирийского правительства, нет и в помине.

Большинство людей в Джазире занято тем же трудом, что и до войны. Фермеры продолжают обрабатывать поля – работы, как обычно, много. Вне зоны боевых действий объем производимых продуктов не сократился. Автомобилей по-прежнему в избытке. Города, несмотря на войну, полны людей. Бизнес кое-какой, зависящий от импорта, закрылся. На территории Рожавы в ходу по-прежнему сирийская лира. Инфляция невысокая, поэтому она до сих пор используется.

Количество вооруженных людей на улицах увеличилось, но местные жители не рассматривают их как угрозу для личной безопасности. Это силы правопорядка (курд. Asayiş, асаиш), созданные Советами демократическим путем.

Все символы сирийской государственности исчезли. Теперь в наиболее значимых публичных местах — символика, изображения и цвета Советов.

Как выглядит символика?

Три цвета: желтый, красный, зеленый, — как правило, горизонтальные полосы, — отражаются на флаге или другой поверхности. Вывески с наименованиями государственных учреждений, организаций оформляются на трех языках: курдском арабском, иногда на ассирийском (новоарамейском). До революции курдскому и ассирийскому языкам было отказано в статусе государственного. На улицах мы видели много фотографий людей, погибших в борьбе за свободу. Тут и там логотипы различных политических организаций.

Как изменилась жизнь из-за атак Исламского государства?

В 2014 году исламисты усилили атаки на районы Рожавы. Кобани сейчас – это одна сплошная зона боевых действий. В Джазире война идет в нескольких районах, сильнее всего страдают южные территории между Хасеке и Тил Кочером. В Африне до последнего дня было спокойно. Тем не менее, почти каждый сейчас очень встревожен происходящим. До июня 2014 года люди всё говорили о построении демократической автономии, сейчас же больше говорят о войне.

Как появилась Рожава?

Весной 2011 года, когда в Сирии начались протесты, партия «Демократический Союз» (курд. PYD) – самая многочисленная курдская партия – вместе с двумя другими курдскими партиями – начала организовывать систему советов по всей Рожаве. «Демократический Союз» понял, что восстание против Асада приведет к кровавой войне, а она может затронуть и Рожаву. Курды решили заранее хорошо самоорганизоваться. И летом 2011 года появился «Народный Совет Западного Курдистана» (курд. MGRK), заручившийся поддержкой большинства людей.

19 июля 2012 года начался новый этап в становлении Рожавы – когда ненасильственное народное восстание освободило город Кобани от сирийской армии. В течение нескольких недель восстание распространилось на все курдские территории. Отведенные сирийские войска вскоре были окружены, им позволили уйти с территории Рожавы в другие регионы Сирии.

После этого система советов демократическим путем взяла на себя функции правительства. Советы вместе со специальными комитетами организовали экономическую, социальную и политическую жизнь территории. При этом четверть города Камышлы находится под контролем сирийского государства. Поначалу ополченцы отражали атаки на свои области со стороны Сирийской свободной армии (ССА) и «Джабхат ан-Нусра», но с конца 2013 года боевые действия ведутся в основном против Исламского государства.

td3

Насколько велика Рожава?

Это обособленные территории, островки-анклавы. Кантоны отделены друг от друга землями, населенные преимущественно арабами. Джазира по площади в два раза больше Африна и Кобани. В Африне проживает более 600 000 человек, многие из них беженцы. Кобани в середине сентября насчитывала более 300 000 жителей, Джазира – более 1,4 миллиона людей. Самый большой город – Камышлы – с население более 400 000 жителей – столица Рожавы.

Джазира – этнически и религиозно многообразный регион. Арабы, христиане ассирийцы, армяне десятилетиями мирно сосуществуют с курдами.

На чем основана экономика Рожавы?

Сельское хозяйство – доминирующая отрасль во всех трех кантонах. В Кобани выращивают пшеницу и оливки. Джазира специализируется только на пшенице, Африн – на оливках. Специализация для кантонов в настоящий момент, конечно, большой минус, поскольку регионы изолированы друг от друга. Тем не менее, сейчас даже производятся излишки хлеба, булгура, чечевицы, изделий из оливы, молочных продуктов. Не так много разных видов фруктов и овощей, но Советы обеспечивают сплоченность общества, поэтому никто там не голодает.

Главное преимущество Джазиры – добыча нефти. Благодаря тому, что в кантоне своими силами сумели создать нефтеперерабатывающее производство, дизельного топлива на всех хватает, и продается оно намного дешевле, чем во времена правлении партии «Баас». Дизельное топливо используют и для генераторов, обеспечивающих электроэнергией частные домовладения и предприятия.

Повторю, система советов, установив контроль над ценами и значительно ослабив «черный рынок», не допустила экономического коллапса.

Опишите систему советов. Каким образом она функционирует?

В жизни Рожавы доминируют Советы. Поскольку органы сирийского государства тут больше не присутствует, Советы решают и координируют все вопросы, которыми прежде заведовало государство. Если бы Советы не взяли на себя эти функции, то общество оказалось бы в бездне хаоса.

Низший уровень этой структуры – городские или сельские общины, в которые входят от 30 до 150 домовладений. Советы более высокого уровня – районные советы в городах, соответствующие в сельской местности сельсоветам. Третий уровень – региональный совет, под юрисдикцией которого — город с прилегающими окрестностями. Региональные советы определяет состав Верховного Совета – Народный Совет Западного Курдистана (курд. MGRK).

Как взаимодействуют советы разных уровней – районный, региональный и верховный?

Деятельность каждой общины координируется двумя председателями – мужчиной и женщиной – и представителями разных комитетов. Председателей избирают на один или два года. В каждой общине, как и в совете каждого уровня, имеются следующие комитеты: женский, экономический, политический, оборонный, по гражданскому обществу и труду, образования.

Два председателя-координатора представляют общину на следующем уровне, районном. На втором районном уровне, в который входит от 7 до 30 общин — также выбирают двух председателей и образуют аналогичные комиссии. Главы районных советов входят в состав регионального совета. Региональный совет также выбирает двух координаторов и формирует комитеты. Координаторы региональных советов выходят на высший уровень – в состав Народного Совета Западного Курдистана. Деятельность региональных советов и верховного координируется «Движением за демократическое общество» (курд. Tev-Dem), куда входят по пять представителей общественных организаций и всех политических партий, поддерживающих систему советов.

Каким образом осуществляется демократический контроль над Советами? Депутаты получают императивный мандат?

Да, в советах состоят делегаты с императивным мандатом. Выборы проходят каждый год или каждые два года – когда они состоятся, на местах решают самостоятельно. Представители-координаторы встречаются еженедельно, их встречи открыты для каждого, находящегося под юрисдикцией совета.

Вы говорили о комитетах в составе советов. Почему они так необходимы?

Наличие этих шести комитетов крайне важно – они проделывают большую часть работы. Через комитеты десятки тысяч людей деятельно участвуют в общественной жизни. Решение партии «Демократический союз» создать Народный Совет Западного Курдистана и отказаться от сильной партийной структуры оказалось очень дальновидным.

Вероятно, самые важные комитеты – это женские или советы, координирующие деятельность этих комитетов на каждом уровне. Они сотрудничают, исходя из принципа соблюдения прав женщин.

Верховный Совет действует уже три года, все три курдские партии поддерживают его, так же как и ассирийцы и некоторые арабские партии. К несчастью, в Рожаве существует и консервативно-неолиберальный блок, образованный восемью партиями. Блок называется «Национальный Совет сирийских курдов» (курд. ENKS), он противостоит Народному Совету Западного Курдистана. Блок даже отказался от участия в формировании временного правительства – тогда как 50 курдских, арабских и ассирийских партий и организаций объединились и заключили общественный договор.

На кого опирается консервативно-неолиберальный блок?

Он поддерживается несколькими кланами и верхним и средним слоями общества, которые в Рожаве ярко не выражены. Некоторые люди из низших слоев также близки к ним. «Национальный Совет сирийских курдов» финансируется и управляется региональным правительством Южного Курдистана (в русских изданиях общепринято называть эту территорию «Иракский Курдистан», автономная курдская область формально в составе Ирака – прим. АР). Блок присоединился к Сирийской национальной коалиции, крупнейшему оппозиционному альянсу, в который входят «Братья-мусульмане» и ССА, и это при том, что эти группировки не признают базовых гражданских прав курдского населения, и они зависимы от Турции, стран Персидского залива, западных держав. Консервативно-неолиберальный блок пропагандирует федерализацию региона, подобно той, что была проведена в Южном Курдистане, а достичь этого предлагает путем западной интервенции. Но уже к 2014 году блок утратил свои позиции в Рожаве и сейчас не играет большой роли.

Почему временное правительство сосуществует вместе с системой советов?

Большинство курдов поддерживает Народный Совет Западного Курдистана, а некурдское население — нет. Цель временного правительства включить как можно больше групп и людей в общественную жизнь. С помощью временного правительства Рожава пытается легитимизироваться в Сирии, на Ближнем Востоке, в мире. К сожалению, систему советов на международном уровне не признают.

Временное правительство появилось из системы советов, оно ей не противоречит – советы считают правительство легитимным. Правительство больше зависит от советов, а не наоборот, и более трех лет они успешно функционируют. Советы координируют экономическую деятельность, крупных частных предприятий больше не существует.

Есть ли какие-то специальные советы на частных предприятиях? Как они приспосабливаются к системе советов?

В частных фирмах нет системы советов, на одном предприятии работает от силы 15 человек. Государственные предприятия гораздо важнее, поскольку они нанимают больше людей. Недавно при содействии советов были внедрены профсоюзы. Нынешний этап является переходным, все это должно помочь установить прямую демократию.

Частную собственность на средства производства ликвидировали? Или по-прежнему на малых предприятиях и в малом бизнесе есть собственники и наемные рабочие?

Частную собственность не упраздняли. Личную собственность не трогали. Народный Совет Западного Куридстана подходит очень сознательно к вопросу о классовых отношениях, но в настоящий момент нет никаких разговоров об обобществлении всех средств производства, поскольку частная собственность не играет существенной роли в экономике. Текущий экономический курс советов просто не способствует росту средств производства в частных руках.

До 20 процентов земли принадлежит крупным землевладельцам, но земля, конфискованная у сирийского государства, была роздана бесплатно беднейшим жителям Рожавы.

Вкратце поясню, система советов, созданная в Рожаве, и переходное временное правительство, хотя и в слабо выраженной форме, но руководствуется принципами демократического, гендерно-равноправного и экологически устойчивого общества. Эта система отвергает буржуазный парламентаризм, однопартийное руководство страной, подчинение мужчине, консервативные структуры и деструктивную систему капитализма с его логикой эксплуатации.

OHr6OzZnxNc

Какие социальные и политические противоречия существует в Рожаве?

Очевидное противоречие – это сосуществование системы советов и временного правительства. Смогут ли они дальше «сожительствовать»? В долгосрочной перспективе это проблема должна быть решена.

Даже при сильной сплоченности и взаимопомощи безработица остается большой проблемой. Многие молодые люди уезжают из Рожавы. Неопределенность политической обстановки также способствует эмиграции из Рожавы.

Крупное землевладение стоит в противоречии с кооперативами, созданными как в городах, так и в сельской местности. Рентабельность предприятий, созданных советами, в конечном счете, должна быть гарантированной.

Беженцы в Рожаве – бремя для экономики. Но у них должны быть комфортные жилищные условия, работа и общественные функции. Задача, чтобы и они участвовали в общественной жизни.

Эмбарго, наложенное Турцией, должно быть отменено. Рожава с момента своего появления не может экспортировать ни нефть, ни зерно. Отмена эмбарго значительно усилит экономику Рожавы, и позволит внедрить на внутренний рынок дефицитные товары.

Дефицит электроэнергии в значительной степени тормозит развитие региона. Люди часто жалуются на нехватку электроэнергии.

Нет также медикаментов для лечения хронических заболеваний, поэтому больные, если могут, уезжают, а кто не может – вынужден покупать необходимые лекарства на «черном рынке» по очень высоким ценам.

Кооперативы, организованные ранее, развиваются дальше, поскольку они предлагают альтернативные варианты трудоустройства женщинам, которые были сильно угнетены, а сейчас вовлечены в политическую жизнь.

В июне 2013 года во многих городах Рожавы шли протесты против сил безопасности партии «Демократический союз», против асаиш. Люди протестовали против жестких методов силовиков и ареста политических активистов. В каких отношениях «Демократический союз» с другими левыми партиями и организациями?

Да, во многих городах Рожавы шли протесты против асаиш. Эта служба неподотчетна партии, между прочим, хотя сама партия играет огромную роль в жизни общества. Протесты в основном были инициированы Национальным Советом сирийских курдов. А по началу, действительно, асаиш в некоторых случаях повел себя очень жестко, но это были скорее исключения из правил.

И несколько раз они нарушили права человека, в одном случае это привело к гибели нескольких людей. Мы расследовали этот случай. В то же время, асаиш многому научился и продолжает совершенствоваться. Все члены службы безопасности раз в неделю посещают семинар по гуманным методам обращения с людьми.

На самом деле большинство людей в Рожаве на сегодняшний день придерживается положительного мнения о работе асаиш. Они все уроженцы Рожавы, а не пришлые чужаки. В 2014 году протесты против службы безопасности практически сошли нет, что лишний раз доказывает, что ситуация изменилась к лучшему.

Как складываются отношения с Южным Курдистаном и правящей там «Демократической партией»?

С начала 2013 года связи Рожавы с Южным Курдистаном (Курдским региональным правительством) были слабые, во многом из-за самого Южного Курдистана. В апреле 2014 года власти Южного Курдистана выкопали траншеи и построили стену вдоль границы, чтобы воспрепятствовать торговле и усилить эмбарго против Рожавы. Они даже отвергают сам факт, свершившийся революции в Рожаве. В конце октября 2014 года, как результат битвы за Кобани, все партии Рожавы, Курдское региональное правительство и Рабочая партия Курдистана (РПК), пришли к единому соглашению. Две стороны сблизились. Кобани и Рожава в целом выигрывают от этого соглашения. Но мы знаем, что Демократическая партия очень хочет получить больше влияния в Рожаве и лишить революцию ее освободительного содержания. Тем не менее, сами Советы уверены в своей народной поддержке, они не верят, что их революция потерпит поражение.

Что должно было бы сделать немецкое правительство, если бы оно действительно хотело помочь людям в Кобани?

Германии следовало оказать давление на турецкую сторону – чтобы та открыла постоянный коридор в Кобани (из других областей Рожавы – прим. АР). Этот коридор крайне необходим, по нему отряды ополчения из Африна и Джазиры могли бы прибыть в Кобани.

Германии следовало бы убедить Турцию прекратить поддержку исламистов – поддержка Турцией Исламского государства не ослабевает и в настоящий момент.

И в конечном итоге, Германии следовало бы снять запрет на Рабочую партию Курдистана, запрет, который пугает тысячи курдов и препятствует их солидарности с Кобани.

Справка: Эркан Айбога, живет в Германии, регулярно пишет для курдских и турецких изданий. Активист движения Campaign TATORT Kurdistan. В настоящий момент он и его двое коллег пишут книгу о революции в Рожаве.

***

Интервью опубликовано 10 ноября в немецком интернет-издании «Маркс21».

Примечание администраторов «Революции в Курдистане»:

Мы исправили фактическую неточность переводчиков, перепутавших Рабочую Партию Курдистана с буржуазной «Демократической партии» там, где речь шла о попытках последней захватить власть в Рожаве. Также мы попытались исправить ряд фонетических неточностей и опечаток.

Источник перевода: http://navoine.info/rojava-soviet.html

Оригинал текста: http://www.biehlonbookchin.com/journey-to-rojava-may-2014/